Вышеназванный проект памятника III Интернационалу, помещенный на выставке 8-го съезда Советов в Доме Союзов, представляет собою комбинацию геометрических фигур: параллелепипеда, конуса и шара, заключенных в железную клетку, суживающуюся кверху и расположенную под углом 45 градусов. Почему такой nature morte из геометрических тел должен изображать идею III Интернационала, неясно, т. к. никакого конкретного образа нет, который бы сразу давал почувствовать идею художника и воспринять его непосредственно, как художественное произведение. Идея эта далеко «запрятана», она просто застряла в черепной коробке Татлина и зрителю не передается. Невозможно в искусстве выразить общечеловеческую идею посредством отвлеченных геометрических тел.
Эти «Пифагоровы штаны» говорят лишь о творческой бедности Татлина. Да и сам автор, видимо, это чувствовал, т. к. тут же рядом повесил длинное пояснение, долженствующее убедить зрителя в том, чего нет в самом проекте. Суть этой обширной «литературы» сводится к тому, чтоб доказать, что «если на клетке слона увидишь надпись „буйвол“, не верь глазам своим».
Беда, коль художнику приходится прибегать к помощи столь пространной «литературы», чтобы дать понять зрителю свою мысль. Это как нельзя более наглядно доказывает полную неудачу художника при полном отсутствии у него творческого воображения. Т. о., проект сам по себе представляет пустое место, голую абстракцию. А пояснение просто не убедительно, т. к. художник на деле этого не доказал. Пролетариату нужен такой памятник, который бы представлял реальный образ и действовал бы непосредственно организующе на самые широкие массы и был, т. о., общедоступен их пониманию. В проекте Татлина все эти существенные для всякого монументального искусства условия совершенно отсутствуют.
Проект этот лишь говорит о том, как кубист Татлин понимает III Интернационал и что кубистам не следует браться за такие грандиозные задачи. Пролетариат и они говорят на разных языках.
Д. М.
Журнал «Творчество», 1921, № 1–3.
