Молодые — о молодых

Десятый номер журнала «Искусство» за 1988 год вышел экспериментальным. Приглашенными редакторами стали молодые искусствоведы, решившие раскрыть «огромный интеллектуальный потенциал, который накоплен за годы Советской власти». Среди них всем известные фигуры, позже ставшие классиками арт-критики или кураторства: Екатерина Дёготь, Нина Дмитриева, Наталия Кислова, Андрей Ковалёв, Владимир Левашов, Георгий Никич, Наталья Тамручи, Александр Чекалов. «Артгид» публикует коллективный текст редакции журнала, которая объясняет, почему после 35 лет мы так резко стареем и зачем в качестве эксперимента отдавать страницы журнала на откуп молодым.

Борис Орлов. Без названия. 1990. Бумага, акрил, тушь. Фрагмент. Источник: vladey.net

Настоящий номер журнала «Искусство» полностью посвящен проблемам изобразительного искусства, создаваемого молодежью. О молодых художниках говорят их сверстники и товарищи — молодые искусствоведы. Мы далеки, конечно, от мысли подразумевать разделение искусства на «взрослое» и «молодежное» как основу подхода к нему. Но у молодых художников и искусствоведов как определенной генерации существуют свои, вытекающие из их времени воззрения и задачи, требующие их разрешения.

Происшедшее в годы застоя отчуждение молодежи от нашей общественной жизни, прикрываемое расхожим лозунгом об отсутствии у нас проблемы «отцов и детей», на практике вылилось в создание молодежью своей, независимой от «установочной» культуры.

Искусство — это общий всемирно-исторический процесс, складывающийся из взаимодействия различных национальных школ. Сегодня наше взаимодействие с мировым современным искусством возобновилось, и заслуга в этом в первую очередь принадлежит молодежи.

Мы полностью разделяем высказанные на XIX Всесоюзной конференции КПСС мысли о том, что каждое поколение должно сказать свое слово в истории и что именно молодежи предстоит в полной мере раскрыть тот огромный интеллектуальный потенциал, который накоплен за годы Советской власти. И то, что необходимо решительно преодолеть серьезные недостатки, имевшие место в нашей работе с молодежью в последнее десятилетие, когда говорилось много громких слов в ее адрес, а реальных шагов по подготовке молодежи, включению ее в политическую и экономическую жизнь не доставало.

Этим же «отличились» — уже совсем недавно — российский и всесоюзный съезды художников, на которых молодые художники практически отсутствовали.

Редакция журнала «Искусство», стремясь сделать «реальный шаг» в развитии потенциала молодых художников и искусствоведов, предоставила им страницы десятого номера. «Молодые о молодых» — его девиз. Они образовали свой редакционный комитет, нашли своего художника-оформителя. Одним словом, мы почти не вмешивались в их работу по подготовке номера.

Поэтому мы могли бы сказать, что всю ответственность за номер мы возлагаем на подготовившую его молодежь, но мы этого не делаем. Мы лишь можем выразить свое частичное несогласие с мыслями или интонациями, а то и с формой, относящимися к той или иной статье. НО ЭТО ИХ, МОЛОДЕЖИ, ПРАВО ВЫСКАЗЫВАТЬ ТО, ЧТО ОНИ СЧИТАЮТ НУЖНЫМ, ЭТО ИХ ИДЕИ, ИХ, ОТЛИЧНЫЙ ОТ НАШЕГО ЖИЗНЕННЫЙ ОПЫТ, ЭТО ИСКУССТВО, КОТОРОЕ СОЗДАЮТ ОНИ, ЭТО ИМ ПРИНАДЛЕЖИТ УЖЕ И НЕ ТАКОЕ ОТДАЛЕННОЕ БУДУЩЕЕ. ОДНАКО ПРЕДОПРЕДЕЛЕН ЛИ ТЕМ САМЫМ ДАЛЬНЕЙШИЙ ПУТЬ ИСКУССТВА?

Эрик Булатов. Горизонт. 1971–1972. Холст, масло. Музей искусства авангарда (МАГМА). Сourtesy Сергей Попов и Музейно-выставочное объединение «Манеж». © Эрик Булатов, Наталия Годзина, 2014

Кто-то из читателей может выразить недовольство направлением нынешнего номера нашего журнала. Мы также считаем, что то, что освещается в нем, не исчерпывает многое в современном изобразительном искусстве молодежи. Но об остальных направлениях мы рассказывали, и достаточно много. В этот раз мы предоставляем возможность рассказать о молодых художниках определенной творческой ориентации самим молодым.

В последние годы шли и идут бурные споры об искусстве молодых. Крупные выставки, как всесоюзные, так и региональные, групповые, персональные, с участием молодых художников показали сегодняшний день искусства молодых в его традиционно реалистическом варианте и в его крайних проявлениях авангардных направлений.

Перестройка, провозгласившая принцип социалистического плюрализма, творческой соревновательности, снятие запретов на ранее «подпольные» явления художественной культуры, в большой степени затронула молодежь. Споры вокруг их творческой деятельности во многих случаях обострились, порой приобретая характер резкого отрицания их поисков, результатов их экспериментов.

Противостояние различных направлений в искусстве молодых порой — со свойственным молодым горячим максимализмом — приобретает характер жесткой полемики, когда опора на общечеловеческие ценности и гуманистическая общая направленность художественного творчества сталкивается с узко понимаемым пристрастием к патриархально-национальным ценностям. Различие творческих установок, культурно-исторических ориентаций приводит к тому, что сейчас очень трудно говорить об искусстве молодых как о едином явлении, настолько оно калейдоскопично, разнообразно и несхоже по проявлению своего художественного акта, конечному результату.

Надо учитывать и то, что, как отмечает советская критика, время теперь такое динамичное, что если какое-то явление вызывало споры, допустим, в конце 1986 года, то уже весной 1987 года это явление казалось вполне очевидным. Тем более в 1988.

Расширение выставочных возможностей, снятие идеологических ярлыков и обвинений в политических инсинуациях с молодых и их более старших товарищей изменило художественную обстановку, дало новые импульсы развитию искусства молодых.

Вячеслав Ахунов. Красная линия партии. Мантры СССР. 1976–1982. Бумага, карандаш, серийная печатная продукция, акварель. Источник: aspangallery.com

Следует заметить, что ранее четкие региональные отличия в мерах допустимого плюрализма в искусстве сейчас стираются. К примеру, то, что уже давно освоено и апробировано в художественной изобразительной культуре республик Прибалтики, лишь пробивает себе дорогу в Средней Азии, некоторых районах РСФСР; картина становится более разнообразной, с одной стороны, везде, хотя связанные с этим издержки по-разному осознаются в разных регионах страны и приводят к разным выводам, и потому, с другой стороны, интернационализация художественного языка требует повышенного внимания к творческой личности, индивидуальности.

Молодежное искусство, или, шире, молодежная культура — правда, признаваемая как отдельный феномен далеко не всеми, — сложная научная, политическая, социальная, нравственно-этическая, экономическая проблема. С ней связано много трудных и не имеющих однозначного решения вопросов.

Один из них, имеющий принципиальное значение, — нужно ли, и зачем, выделять в искусстве поколения, представляют ли они специфически окрашенные образования, какими параметрами они, эти поколения, фиксируются и описываются. У нас эти проблемы до сих пор дискутируются, хотя уже утвердился в массовом и профессиональном сознании феномен молодежной моды, получивший свой законодательный статус, с молодежью связывают и рок-культуру. Высказываются крайние точки зрения по этому поводу. Приведем лишь одну из них, опубликованную в газете «Правда» 9 ноября 1987 года. «...Нельзя и молчать, — пишут Ю. Бондарев, В. Белов, В. Распутин в письме в редакцию, озаглавленном “Легко ли быть молодым?”, — когда идет активное утверждение рока и, что самое печальное, оно прикрывается желаниями и потребностями молодежи. Подобные разглагольствования, льстивые слова об особой, так называемой молодежной культуре пропитаны демагогией».

Научное осмысление феномена молодежной культуры у нас еще в зачаточном состоянии, нет адекватных сложности проблемы разработок, рекомендаций. Но у нас уже есть сама молодежная культура, хотя пока и рано судить, насколько состоялась она как цельное явление. Не видеть ее, того, что она наличествует, оказывает определенное влияние на духовный климат, жизнь, социальное и профессиональное поведение некоторых слоев молодежи, нельзя. Этого настоятельно требует не только культурная политика, но и воспитательно-педагогическая, нравственно-этическая ориентация общества.

Молодыми у нас считаются деятели искусства до тридцати пяти лет. До этого возраста художники состоят в молодежных объединениях при Союзе художников СССР. Это официальная возрастная категория, на нее ориентируются устроители молодежных выставок, организаторы творческих групп и других форм работы с молодежью по линии СХ СССР.

Гриша Брускин. Из серии «Рождение героя». 1984–1985. Гипс, картон, дерево, масляная краска. Источник: vladey.net

Казалось бы, с этим все ясно. Но эти организационно-регулятивные рамки не снимают вопрос об искусстве молодых в его принципиальном, духовно-эстетическом, качественно-художественном плане. Ведь среди художников циркулирует вполне правомерное суждение о том, что в искусстве нет молодых и старых, в искусстве все равны, разница в мере таланта, что раньше шедевры создавали в молодые годы крупнейшие мастера прошлого, как в мировом искусстве, так и в советском.

Все это действительно так и лишь осложняет исследование тех проблем, которые связаны с темой «искусство молодых».

Социально-профессиональное становление молодых художников, одна из острых проблем творческой организации — Союза художников СССР, требует своих усилий со стороны Министерства культуры СССР. Со всей нелицеприятной открытостью избранный на VII съезде СХ СССР председатель его правления художник А. Васнецов заявил в одном интервью: «Другая проблема Союза — творческая молодежь. Принимаем мы ее в свои ряды плохо, мало, слишком долго она варится в собственном соку в молодежном объединении. Все мы люди пожилые, а то и старые, откладывать на потом заботы о нашей смене не приходится» («Известия», 26 января 1988 г.).

Один из самых показательных примеров за последние годы был приведен критиком О. Свибловой в газете «Известия» 12 декабря 1987 года. Она описывает те трудности, которые возникли при вступлении в Союз художников СССР, в ее московскую организацию, у трех известных уже тогда художников, работы которых неоднократно демонстрировались на всесоюзных и международных выставках разного уровня, о которых активно пишет пресса, работы которых закупает Министерство культуры СССР, СХ СССР, зарубежные коллекционеры, музеи страны. Речь идет о Е. Дыбском, Б. Морковникове, М. Канторе. «Все три кандидата, — пишет автор, — были отклонены при приеме в Союз как “профессионально непригодные”». Она исключает случайность этого факта или ошибку, так как и ранее только через апелляционную комиссию «вошли в Союз художников» А. Ситников, А. Волков, И. Ганиковский, 3. Шерман, А. Петров, и добавляет: «Не могут же так разительно отличаться вкусы критиков, художников, музейных работников, наконец, зрителей от пристрастий экспертов, решающих судьбу молодых».

Затянувшееся пребывание «в молодых» вредит становлению самосознания уже нескольких художественных поколений, ведет к инфантилизму и к искажению естественных отношений между поколениями художников.

Все это показывает тот непростой контекст, в котором живут и творят молодые, достигают, несмотря ни на что, успеха и терпят, что вполне естественно, поражения.

Молодежное искусство. Что мы знаем о нем? Вероятно, кое-что знаем. В разное время было немало помещено обсуждений и материалов, в том числе и в нашем журнале. Но вот знаем ли достаточно? Это не праздный вопрос. А главное — как знаем?

Борис Орлов. Групповой Парадный Портрет (Трехглавый Тотем). 1988. Оргалит, эмаль. Источник: vladey.net

Ведь оно существует не просто в виде, скажем, живописи, скульптуры, дизайна или графики, а целостно, как некий социально-психологический универсум, в котором, вероятно, ничуть не меньшую роль, чем само явление пластического искусства, играет осознание, в том числе и молодежью, этого явления. Сам факт взглядов, оценок и выводов, быть может как никогда раньше, оказывается фактом суждения молодежи о времени, о жизни, о себе. Наше время такое — активного сопряжения и разрыва традиций и взглядов. И вот ответить на вопрос, знаем ли мы молодежное искусство в контексте сознания его создателей и представителей, все же приходится словом «нет». А без такого знания не обойтись. И нам еще предстоит к нему прийти, шаг за шагом, постепенно углубляясь в очень сложный, порой очень разный материал, требующий благожелательного и заботливого исследования.

Сейчас мы видим первый шаг в направлении подобного знания в своеобразном искусствоведческо-социологическом зондаже того, как сами молодые — художники и искусствоведы — воспринимают свое собственное творчество. Для этой цели предназначен экспериментальный номер, смысл которого состоит не только в том, что в нем говорится об искусстве молодых и лишь молодых, и не только в том, что о молодых рассказывают молодые, но еще и в том, что их размышления об искусстве их времени одновременно оказываются какой-то частицей современного молодежного сознания в искусстве. Нас интересует не только результат (мы не ждем, что будут предложены устоявшиеся выводы и окончательные оценки), хотя и результат в том или ином смысле представляет свой немалый интерес (предлагается определенный свод точек зрения), но и процесс — быть может, не столько анализ, сколько отношение.

Вот почему перед вами номер, задуманный и сделанный молодыми художниками и критиками по своему сценарию, рассматривающему взятый материал во внутреннем взаимодействии, как нечто целостное, а не как более или менее ловкое соединение статей и заметок. И его надо понимать как выявление некоторых общих черт в способах рассмотрения искусства.

Все ли в этом выявлении нас удовлетворяет? Разумеется, нет. Разворачивающаяся панорама далека от убедительной полноты. В ней нашли место лишь определенные тенденции, лишь часть целого. Но эти тенденции сейчас активны, и, главное, именно они оказываются малоизвестными большинству наших читателей. Сопряжение этих тенденций с общим движением молодежного искусства — актуальный вопрос сегодняшнего дня.

И для того чтобы ответить на него, необходим зондирующий анализ, подобный тому, который совершает врач, чтобы прийти к диагностическому выводу. Поэтому редакция сочла целесообразным поместить материал в том виде, в каком он был сформирован молодежной инициативной группой, взявшейся за его составление, со всеми особенностями этого материала, его крайностями, напористостью, быть может, экстремизмом отдельных формулировок, с частью которых мы никак не можем согласиться. Но нам представляется, что чем обнаженнее выражает себя молодежь, тем более она дает пищу для дальнейшего исследования и дискуссий. Поэтому сейчас мы не предлагаем альтернативных статей — возможно, такие статьи будут в последующих номерах. Свою цель в данном случае редакция видит в выражении точки зрения молодых представителей искусства, а не в выражении собственной — наша позиция будет высказана в процессе обсуждения предложенных публикаций, на которое, естественно, мы рассчитываем.

А настоящий номер редакция рассматривает как приглашение к дискуссиям об искусстве молодых, предполагая, что в результате ее будет выработана взвешенная позиция, будет сделан шаг в осмыслении сегодняшнего дня советского искусства.

Редакция

Журнал «Искусство», №10, 1988. С. 1–2.

 

Читайте также


Rambler's Top100