«Некролог. Печатается на правах рекламы»

25 февраля ушел из жизни Аркадий Давидович — экстраординарный представитель воронежской художественной сцены, писатель, актер и мифотворец, известный в первую очередь своими афоризмами. Художник Арсений Жиляев вспоминает амплуа «вечного Давидовича».

Аркадий Давидович. Courtesy Музей афористики им. Аркадия Давидовича

Институт Овладения Временем еще подсчитывает точное количество лет, которые проводит в пути до нас свет звезды Аркадия Филипповича Давидовича (по паспорту Адольфa Филипповичa Фрейдберга). Но сегодня уже известно, что на небосводе современного искусства она зажглась лишь пару лет назад. Его первая персональная выставка в Воронежском центре современного искусства открылась в весну 2019 года. Первой музейной ретроспективе в MoMA, к сожалению, помешала пандемия COVID-19.

Рецензенты отмечают, что творчество Аркадия Филипповича не укладывается в привычные жанровые рамки. Для жителей столицы Черноземья он всегда был genius loci, чем-то средним между Сократом и Диогеном, между афористом и аферистом. В интернете его знают как культового контркультурного видеоблогера, соединяющего чемоданы ОБЭРИУ с иконами критического реализма (знаменитая мастерская художника была расположена по соседству с домом Ге). Если же разместить все эти разрозненные элементы на территории современного искусства, окажется, что Давидович, сам того не зная, предстанет типичной фигурой послевоенного авангарда. Отмечают особенно продуктивные параллели с словенским контекстом в лице круга Laibach и московским романтическим концептуализмом. Аркадий Филиппович Давидович с середины 60-х работал с персонажностью, устраивал поэтические хэппенинги, практиковал психогеографические исследования, деконструировал язык идеологии, занимался абстрактным театром, экспериментировал с видео, а по количеству написанного может поспорить с Дмитрием Александровичем Приговым (более пятидесяти тысяч текстов было создано уже к 2015 году).

Если отсчитывать молодость художника не по паспортному возрасту, а от даты вхождения в актуальный контекст, то получается, что Давидович почти сразу из этого контекста вышел. И, как часто бывает с теми, кого называют гениями, остался вечно молодым. Впрочем, слово «вечный» фигурировало в жизни Аркадия Филипповича и прежде. С 1960-х, совершая привычный дерив[1] (папка с письмами Ги Дебора, передавшимися через отца Аркадия Филипповича, марксиста-диссидента и известного в Европе врача-уролога, ждет своих читателей) по «воронежскому бродвэю», он представлялся «вечным жидом», «Юлием Цезарем», любимцем советского мещанства «Эрнестом Хемингуэем», а иногда просто «вечным Давидовичем».

В городе рассказывают легенду о том, как в конце 90-х соседи маэстро по коммунальной квартире, почувствовав воздух слов на свободе, начали неприкрыто шутить о его скорой смерти, которая позволит им оформить в собственность музей афористики. Да, музеем с 1976 года называется небольшая комната молодого художника (а на тот момент писателя и деятеля воронежского контркультурного подполья) и коридор, превращенные Давидовичем и Валентиной Золотых в тотальную инсталляцию, которая состоит из текстов вроде следующих: «Убийцы вы дураки», «Искусство принадлежит искусствоведам», «Когда же природа отменит смертельную казнь», «У меня осталась только одна иллюзия — это я сам», «Двинутые движут миры», «Под адмиралтейской набережной был пляж», «Если мысль не попадает под статью, она не дотягивает до мысли», «Всё держится на том, что само еле держится», «Иллюзии объединяют, реальности разъединяют», «Искусство — это попытка эмигрировать в будущее» и пр.

Время шло, но Давидович проходил сквозь него, как нож сквозь масло. Сначала не выдержало старшее поколение соседей и сошло с дистанции в полном составе. Затем пришел черед тех, ради чьего будущего собирались оформлять музейную собственность. Все они тоже отправились пить воду из реки Λήθη[2]. В народе говорили, что Давидович заговаривает смерть.

В рамках подготовки выставки 2019 года Институт Овладения Временем провел несколько экспериментов с целью всестороннего исследования уникального воронежского феномена. Если опустить научную терминологию и формулы, оказалось, что Аркадий Филиппович всегда жил как бы задом наперед или из будущего в прошлое, лишь изредка влипая в тот или иной сектор пространственно-временного континуума. Среди прочего есть основания полагать, что он учился в гимназии вместе с Евгением Замятиным, посещал в краеведческом музее выставки Николая Федорова, помогал Георгию Крутикову с организацией Свободных государственных художественных мастерских, спаивал русский народ с Андреем Платоновым, изобретал абстракцию с Борисом Турецким, учил Копыстянских использованию текста в искусстве, бродяжничал с Валерием Исаянцом, организовывал бизнес с Константином Ступиным. Сложно утверждать с уверенностью, было ли это пока еще малоизученной аномалией природы нашей вселенной или же хитрым умыслом numina[3] грядущего. Но с ролью (двойного) агента времени маэстро справлялся не хуже своих прославленных вечно молодых предшественников.

По слухам, примерно полгода назад Давидовичу пришла бумага с просьбой срочно собирать вещи и заканчивать дела на планете Земля. Его фигуру отзывали из нашего пространственно-временного сектора. Обычно любитель поспорить, здесь вечно молодой художник повел себя покорно. Аркадий Филиппович сообщил, что numen lumen[4] все одно весь уже вышел, а если так, то он тоже незамедлительно последует вслед за ним. И добавил: «Я еще воскресну, чтобы получше себя похоронить».

Примечания

  1. ^ Derive (фр.) — дрейф, одно из основных понятий ситуационистского интернационала, впервые выдвинуто Ги Дебором в работе «Теория дрейфа» (1958). Суть дрейфа состоит в перекодировании городских пространств и символов.
  2. ^ Λήθη (др.-греч.) — Лета.
  3. ^ Множественное число от numen (лат.) — божество.
  4. ^ Божественный свет.
Комментарии
Rambler's Top100