Нельзя глядеть без критицизма,
Как — между трезвых смет и дел —
Внезапный приступ эстетизма
Вдруг Ленинградом овладел!
Объектом для экспериментов
Почтó избрал меня народ?
В семье казенных монументов
Я не единственный урод!
За что меня судьбина злая
Подъемлет дерзко на копье?
Ни с кем считаться не желая,
Ведь вот же призрак Николая
Торчит огромным пресс-папье!
Толста, как пышная перина,
С самодовольством на лице —
Стоит же вот Екатерина
На каменном колокольце!
И не рождая разговоров,
И не кривя усмешкой рот —
Ведь вот чернильница-Суворов
Не оскорбляет же народ!
Дискуссии не затевая,
Принявши ваш практичный век,
Я потеснился для трамвая,
Как деликатный человек:
— «Раз здесь хозяйственности привкус,
«Мол, так и быть уж: промолчу!» —
Но в переделку-с?! В переливку-с?!
Я не хочу! Я не хочу!
В качестве душеприказчика — А. Д’Актиль