Пэчворк и художественные практики.

За последнее десятилетие выставки, посвященные моде, перестали быть просто статичными ретроспективами костюмов разных эпох. Начиная с блокбастера 2011 года «Александр МакКуин: дикая красота» в Музее Метрополитен (когда посмотреть на коллекции британского модельера, созданные для собственного бренда и дома Givenchy, пришло более 660 тысяч человек) мода стала интересна кураторам и музеям не только с точки зрения временных выставок о творческом наследии дизайнеров или домах мод, но и как ядро постоянных экспозиций. Такие появились почти одновременно, осенью 2021 года, в парижском Пале Гальера и Музее моды Антверпена, обозначив самодостаточность моды, ее институционализацию, а также включение в более широкий культурный и исторический контекст.

В поле зрения попали самые разнообразные аспекты моды — от общих вроде зеркала и двигателя социальных изменений («E/Motion. Мода в переходный период», Музей моды в Антверпене, 2021), линейности, цикличности, рассмотренных с точки зрения концепции философа Анри Бергсона la durée («О времени: мода и продолжительность», Музей Метрополитен 2020), до частных и трендовых. К последним относятся такие тематические экспозиции, как P.LACE.S, посвященная бельгийским кружевам (Музей моды в Антверпене, 2021), и «Сумки наизнанку» о знаковых «Биркинах» (Музей Виктории и Альберта, 2020). Но даже в этом случае, вынося в название эфемерную составляющую, кураторы исследуют моду через ремесло и историю.

Именно с помощью этих двух измерений принято рассматривать лоскутное шитье как технику, а его локальные особенности и современный подход к материалам позволяют изучать вопрос еще и через постколониальную и феминистскую критику, принципы устойчивого развития, затрагивающие как производственный процесс, так и дизайнерские приемы создания одежды. Один из недавних примеров — выставка 2021 года «В Америке: лексикон моды» в Институте костюма Музея Метрополитен. Это первая часть проекта, переосмысляющего американскую моду; вторая — «В Америке: антология моды» — открылась в мае 2022 года. По словам куратора Эндрю Болтона, существующий язык американской моды отрицает чувственность, мыслит категориями спортивной одежды и массовости, а значит — простоты, комфорта, практичности и функциональности. Выставка же была призвана устранить языковой дисбаланс, включив в словарь новые понятия: принадлежность, восторг, радость, удивление, близость, уверенность, сила и другие.

Согласно концепции, более ста экспонатов, в основном авторства американских дизайнеров, представляли собой условные «патчи», сгруппированные в двенадцать секций. Каждая из них отвечала на вопрос о том, какие эмоции вызывает американская мода. Обращение к образу патча — заплатки — не случайно. Эпиграфом к кураторскому тексту стал фрагмент речи американского политического и религиозного деятеля Джесси Джексона на съезде Демократической партии в 1988 году, где он сравнивает Америку с лоскутным одеялом: «…много кусочков, много цветов, много размеров, все соткано и скреплено общей нитью»Jesse Jackson 1988 DNC Speech // YouTube. URL: https://www.youtube.com/watch?v=h8bwh61xTGA.. Сама выставка начиналась с лоскутного одеяла 1856 года из коллекции Американского крыла музея: «Оно служит метафорой Соединенных Штатов и их многообразной культурной идентичности», — говорилось в пресс-релизеIn America: A Lexicon of Fashion. Introduction. 2021. URL: https://www.metmuseum.org/gallery-guide/in-america..

Экспонаты были помещены в двухъярусные минималистичные световые боксы без остекления (двумя годами ранее похожая архитектура была применена на выставке «Кэмп: заметки о моде» в том же Музее Метрополитен). Каждый объект сопровождался табличкой с конкретным существительным, обозначающим ту или иную эмоцию. Первый зал охватывал разные оттенки ностальгии — от тоски и празднования до воспоминаний и привязанности. Под эти понятия попали 13 нарядов, выполненных в технике лоскутного шитья. В их числе — ансамбли таких известных брендов, как Ralph Lauren и Heron Preston, а также платья, рубашки и брюки начинающих марок вроде Stan, La Reunion, No Sesso и Puppets and Puppets. Среди лоскутков льна, шерсти и хлопка выделялись кусочки денима — «текстильного синонима» Америки.

Обращение к пэчворку как метафоре ностальгии можно объяснить тем, что создание предметов обихода и убранства из лоскутков пришло на материк с первыми переселенцами из Англии и Голландии. Позже шитье разрослось до более широкого вида рукоделия — квилтинга, в который, наряду с пэчворком, вошли вышивка и стежка. История развития квилтинга совпадает с основными периодами истории Америки: колонизация, Гражданская война, Великая депрессия, Вторая мировая война, холодная война. В зависимости от технического прогресса, экономической и политической обстановки менялся социальный состав мастеров — от бедняков, использовавших остатки тканей, до состоятельных горожан, имевших возможность приобрести новые фабричные материалы. Менялись узоры и сюжеты: например, во времена Гражданской войны полотна включали высказывания против рабства, а периоды мировых войн отмечены патриотическими мотивами. В последние годы развитие квилтинга связано с несколькими факторами, среди которых — сохранение ремесленных традиций, поддержка местных сообществ и вклад в устойчивые практики повторного использования продуктов легкой промышленности.

Эти же факторы оказывают влияние на пэчворк как на модную тенденцию. За последние пару лет заметно возрос интерес к небольшим локальным брендам, выпускающим лимитированные коллекции из винтажных или стоковых тканей, бывших в употреблении предметов одежды и текстиля. Многие из них оказались в поле зрения Болтона и приняли участие в формировании «лексикона моды». Например, бренд Bode, основанный Эмили Адамс Боде в 2016 году, стал известен благодаря мужским курткам, брюкам и рубашкам из скатертей XVIII века, гобеленов, полотенец и холщовых мешков. Дизайнер находит материалы в путешествиях и на блошиных рынках, иногда у коллекционеров (одному из них она даже посвятила коллекцию — «Дорогой Гомер» осенне-зимнего сезона 2018 года). В выборе раритетных материалов, часто ветхих и побитых молью, прослеживается стремление проявить уважение к труду неизвестных мастеров, дать архивным принтам и фактурам новую жизнь, создать нечто штучное. И в этом смысле жакет и брюки Bode из кусочков хлопка, шелка и шерсти собираются в идеальный экспонат выставки: каждый фрагмент хранит историю, соединяется с другими в единое — уникальное и рукотворное — целое.

Однако стоит заметить, что сами квилтеры, чьи любительские самоорганизации особенно популярны в северных штатах, выразили недовольство таким подходом: в 2018 году Боде получила несколько гневных посланий за использование старых лоскутных одеял для пошива верхней одежды. Мастера возмутились «уничтожению» старинных образцов и неуважению к ремеслу, но дизайнеру удалось убедить сообщество в том, что она не возьмется за ножницы, если перед ней окажется вещь, способная служить и дальше. Ранее подобным нападкам подвергся и Ральф Лорен, у которого стажировалась Боде, за заимствование техники квилтинга для создания жакетов и юбок в осенней коллекции 1982 года. Одна из них, в паре со свитером ручной вязки, также была представлена на выставке в боксе, озаглавленном «Ностальгия».

Понятие памяти (Commemoration) в выставочном «словаре» было проиллюстрировано платьем бренда La Réunion. Его создательница, дизайнер афроамериканского происхождения Сара Нсикак, как и Боде, использует винтажные и бросовые ткани, закупает остатки у коллег по цеху и на развалах. Для выставки Болтон выбрал наряд, вдохновленный традиционными костюмами племени гереро в Намибии. Жители племени носят лоскутные платья, сшитые по образцу одежды, в которой ходили жены немецких колонизаторов в конце XIX века. В войнах за свободу почти все племя погибло, а скорбь выживших запечатлелась в их одежде: мужчины надевали униформу убитых противников, веря, что это дает им силу, а женщины в знак неповиновения угнетателям шили викторианские платья из лоскутов. Нсикак случайно наткнулась на историю гереро, которая стала отправной точкой для создания лоскутных платьев во время локдауна: «Сделать подчеркнуто красивым то, что изначально было символом боли и страданий, — это акт бунта и признак огромной силы»Brooke B. La Réunion’s Patchwork Dresses Turn Symbols of Suffering into Things of Beauty // Vogue. 06.08.2020. URL: https://www.vogue.com/article/la-reunion-patchwork-dresses..

Еще одна история о возвращении к истокам стояла за пальто из новой коллекции бренда ERL, которое надел рэпер A$AP Rocky на бал Института костюма Met Gala по случаю открытия «В Америке» в 2021 году (одеяние попало в экспозицию второй части выставки). Дизайнер Эли Рассел Линнетц и квилтер Зак Фостер сшили его из остатков текстиля, лоскутных одеял и даже халата, принадлежащего отцу Эли. После фотоотчетов с красной дорожки церемонии к Линнетцу обратилась жительница Южной Калифорнии: она узнала в пальто фрагменты стеганого одеяла своей прабабушки, которое семья когда-то передала в благотворительный магазин. Поэтому решение Болтона снабдить экспонат табличкой «Привязанность» (Attachment) кажется вполне оправданной.

Пальто Thom Browne из коллекции осень-зима 2020/2021 было выполнено из нескольких материалов, но на выставке отвечало за «Дисциплину» (Discipline) и отдавало дань не ремесленным традициям континента, а любви к униформе, которую дизайнер переосмысляет на протяжении почти десятилетней карьеры. В данном случае лоскутная техника выступила не как часть истории национальной моды, но как способ деконструкции, используя который, Том Браун формально сохранил силуэт, тем не менее, «собрав» его из разных тканей и гендерных кодов. Значит ли это, что лоскутное шитье как тема художественного исследования может быть рассмотрено с новых сторон, покажут грядущие выставки.