Трамп и арт-рынок: позитивные факторы?

Накануне инаугурации нового президента США Дональда Трампа обозреватель New York Times Скотт Рейберн в статье, опубликованной на сайте газеты 30 декабря 2016 года, размышляет, как президентство Трампа отразится на арт-рынке и на искусстве в целом.

Торги Sotheby’s в Нью-Йорке 14 ноября 2016 года. Courtesy Sotheby’s

Президентские выборы в США и референдум в Великобритании по поводу членства страны в ЕС (наряду с другими так называемыми макрофакторами) привели к политической и экономической неопределенности, что заставило коллекционеров повременить с куплей-продажей произведений искусства. Это сказалось и на доходах последних вечерних аукционов Christie’s и Sotheby’s в Нью-Йорке и Лондоне, и на ведущих мировых арт-ярмарках, где покупательский спрос был ниже обычного.

Однако бизнес-перспективы вызывают оптимизм как на Уолл-стрит, так и в более широких экономических кругах: индекс Доу-Джонса 28 декабря уже поднялся до отметки 19 833,68 — с 8 ноября его рост составил 8,2%. И это благодаря тому, что вновь избранный президент, строительный магнат, набрал в свой кабинет миллионеров и мультимиллионеров. Политические детали пока уточняются, но уже ясно, что Трамп стремится к снижению налогов и уменьшению регуляции в экономике, наряду с улучшением условий торговли и инвестиций в инфраструктуру.

На мировом арт-рынке один процент американских покупателей приносит львиную долю доходов. Да, вероятно, в их распоряжении большие средства, но Трамп к тому же назначил миллиардера и коллекционера Уилбура Росса министром торговли, а Стивена Мнучина, мультимиллионера и сына нью-йоркского арт-дилера Роберта Мнучина, — министром финансов. С коммерческой точки зрения художественному миру такая администрация только на руку. «Если коллекционер получит возможность платить меньше налогов, мне кажется, это пойдет только на пользу», — говорит Кэндис Уорт, арт-консультант из Нью-Йорка.

Фото: costumes.com.au

Коллекционеры, однако, озабочены одним из недостатков предложенной Трампом системы: центр налоговой политики Вашингтона указывает на возможное снижение налоговых льгот для благотворителей — сюда входит и дарение работ музеям. «Даже небольшие изменения могут отразиться на желании делать внушительные пожертвования», — говорит далласский коллекционер Говард Раховски, обещавший свою потрясающую коллекцию американского, европейского и азиатского послевоенного искусства в дар Художественному музею Далласа. И хотя формально дар уже передан музею, по словам Раховски, «эти соглашения основаны на существующих налоговых кодексах, и в случае серьезных перемен их придется немного пересмотреть». В остальном Раховски предсказывает «нейтральное» воздействие Трампа на арт-мир, добавляя, что «единственное, о чем можно говорить определенно в этом году, — так это о неопределенности».

Финансовая безопасность того самого одного процента американцев, контрастирующая с общей геополитической нервозностью, образует дихотомию, которая и будет еще какое-то время характеризовать ситуацию на рынке искусства. Скорее всего, как начинающие, так и опытные покупатели будут воспринимать искусство как финансово безопасную гавань и сосредоточатся на самых выгодных для инвестиций художниках послевоенного и современного периодов.

«Коллекционеры сейчас собираются вокруг высокодоходных галерей, избирательно приобретая работы признанных художников, — говорит Хэзер Флоу, консультант из Нью-Йорка, описывая динамику минувшей ярмарки Art Basel Miami Beach. — Неопределенность и глобальная нестабильность волнуют коллекционеров куда больше, нежели перспективы билля, который у одного процента богатейших американцев может еще увеличить доходы после уплаты налогов», — добавляет она.

Инвестировать в молодых художников рискованно — это продемонстрировал, например, дневной аукцион современного искусства Sotheby’s 8 октября 2016 года в Лондоне, где «серебряная» абстракция сделавшего стремительную карьеру Джейкоба Кэсси была продана за £25 тыс., тогда как в 2011 году, когда рынок находился на пике, похожая работа Кэсси ушла за $257 тыс. После того как абстракция потеряла былую силу рынок переключился на более предсказуемый ритм, где аукционы и ярмарки предлагают знакомые, заслужившие доверие работы.

«Мы не покупали ныне живущих художников. Мы сосредоточились на таких именах, как Пабло Пикассо, Йозеф Альберс и Ив Кляйн», — говорит Хаврьер Лумбрерас, основатель закрытого фонда Artemundi Global Fund, ликвидированного в 2015 году и приносившего инвесторам 17,1% годового дохода, если верить сайту (Лумбрерас утверждает, что нынешней весной предложит своим инвесторам новый, модифицированный фонд).

Artemundi заявил, что основной доход в период стабильного роста цен после обвала рынка был получен за счет частных сделок, а не публичных аукционов (аукционы обычно взимают комиссию как с покупателя, так и с продавца за работы стоимостью до $1 млн). И число коллекционеров, выбирающих такой подход, неуклонно растет. «Аукционные дома получают огромную маржу в среднем ценовом сегменте, — говорит Раховски, который в минувшем году предусмотрительно продал через дилеров несколько работ за шестизначные суммы с небольшой комиссией. — Множество сделок теперь будет осуществляться в частном порядке».

Слева: Цзао Уцзи. Без названия. 1949. Справа: Виллем де Кунинг. Паруса. 1949. Экспонаты выставки «Виллем де Кунинг и Цзао Уцзи» в Lévy Gorvy Gallery, Нью-Йорк, 19 января — 11 марта 2017. Courtesy Lévy Gorvy Gallery

Это утверждение кажется верным, особенно в свете неожиданного поступка председателя Christie’s и главы отдела послевоенного и современного искусства Бретта Горви, объединившегося с частным дилером из Нью-Йорка Домиником Леви. Их первая совместная выставка, где послевоенные пейзажи Виллема де Кунинга показываются вместе с работами китайско-французского художника Цзао Уцзи, откроется в Нью-Йорке 18 января, а затем отправится в Гонконг.

Многие участники арт-рынка сходятся во мнении относительно влияния новой администрации. Морган Лонг, старший директор лондонской Fine Art Group, заявила, что политика Дональда Трампа «учитывает интересы одного процента». Но что насчет остальных 99 процентов и нового искусства, еще не переработанного денежной машиной, коей является современный арт-рынок? Эти вопросы будет рассматривать, в частности, 14-я documenta, которая вполне может стать одним из самых обсуждаемых событий 2017 года в мире искусства.

Abounaddara. Citizen Journalists. Скриншот фильма для documenta 14. Courtesy documenta. © 2017 Abounaddara Films

Польский арт-критик и директор documenta Адам Шимчик выбрал местом ее проведения неблагополучные Афины, наряду с традиционной площадкой в Касселе. Открытие греческой части проекта запланировано на апрель, немецкой — на июнь. Цель нынешней documenta 14 — показать искусство, отражающее реалии современного мира. Среди материалов, доступных на сайте documenta, уже имеется документальный фильм сирийского коллектива Abounaddara о мяснике из Алеппо.

«Нас интересует то, что выходит за привычные выставочные рамки, — говорит Шимчик. — Мы можем делать заявления, не связанные доминантными нарративами. Мы хотим рассказать истории иначе, открыть глаза на другой образ жизни». Мероприятие вполне может стать новой фазой развития дидактического искусства. В остальном, благодаря таким доминантным нарративам, как господин Трамп, искусство может стать еще интереснее.

Публикации

Коммментарии

Читайте также


Rambler's Top100