UP & DOWN. Весна 2012

Галеристы vs фонды, «новые скучные» vs Виноградов — Дубосарский, группа «Война» vs Partizaning.org. Кто победил, а кто проиграл этой весной?

Мы реформировали рубрику UP & DOWN, превратив ее из ежемесячной в триместровую, а из редакционной — в авторскую. Отныне каждые три месяца один из ведущих критиков будет представлять свою оценку процессов и явлений, которые произошли за отчетный период в русском искусстве. Первым критиком, который пытается судить об игроках российской художественной сцены по гамбургскому счету, стал обозреватель газеты «КоммерсантЪ» ВАЛЕНТИН ДЬЯКОНОВ.

  

DOWN

 ______________________    ______________________
     
 
     
 
Фонды
   
Галереи
     

Галеристы сказали много резких слов о деятельности российских фондов поддержки современного искусства, хотя один из этих галеристов, Марат Гельман, и сам несколько лет назад создал такой фонд. Действительно, у Stella Art Foundation и фонда «Виктория — искусство быть современным» (V—A-C) намного больше возможностей делать выставки, некоммерческие программы, продвигать художников и так далее. Возможно, мы оказываемся где-то в Испании времен Франко, когда прогрессивное искусство существовало на дотации негосударственных фондов при частично независимых банках. По крайней мере, Франко у нас есть. Посмотрим, как поведут себя фонды, если государство вернется к триаде Уварова.

 

Сразу три московские галереи объявили о смене формата. Айдан Галерея превращается в «студию», площадка Гельмана отдается под «Культурный альянс», на базе XL Галереи возникает, параллельно с нормальной галерейной деятельностью, XL Projects, оставляющий за собой право сотрудничать с внешними источниками финансирования вплоть до государства. О том, что галереи не живут исключительно продажами с выставок, было известно давно. Владельцы галерей торговали на вторичном рынке, зарабатывали деньги в ресторанном и банковском бизнесе, в общем — выживали как могли. Ничего нового по итогам пресс-конференций и бесконечных обсуждений мы не узнали. Художников разве жалко — у Айдан и Гельмана они теперь бездомные.

  ______________________     ______________________
     
 
     
«Новые скучные»
 
Александр Виноградов и Владимир Дубосарский
     
Поблагодарим «Артгид» за то, что сделал тайное явным. В октябре прошлого года куратор «Документы» Каролин Христоф-Бакарджиев на конспиративной квартире (она же — бывшая мастерская Ильи Кабакова и офис Московской биеннале) при поддержке фонда V—A-C выбирала русских участников фестиваля современного искусства в Касселе dOCUMENTA (13). Имя счастливчика держалось в тайне, но все, кому нужно, знали. Первым проговорился Иосиф Бакштейн в интервью правому интернет-сайту «Взгляд», а через месяц состав участников объявили официально. Из России при поддержке того же V—A-C на «Документу» уехала Александра Сухарева, повторив успех своей близкой подруги и — местами — художественного двойника Анны Титовой, в прошлом году оказавшейся в основном проекте Венецианской биеннале. «Новые скучные», в общем, не сдаются и берут рубеж за рубежом — вот и Арсений Жиляев попал в музейную экспозицию «Монументы и документы», подготовленную Отделом новейших течений Третьяковки. Несмотря на идущие встык международные успехи, «новым скучным» есть куда расти — по крайней мере ни одна из инсталляций Титовой и Сухаревой пока не вызывает легкого головокружения и неописуемого восторга, характерного для встречи с произведениями их старшей коллеги из Франции Татьяны Труве. Ведь мода на семидесятые пройдет. Будем надеяться, что «новые скучные» останутся. С ними веселее.
 
 
Не совсем понятно, что случилось с блестящим художественным дуэтом, зато кристально ясно, когда. В 2006 году они показали выставку «Астраханский блюз» в XL Галерее — серию картин без характерного для В&Д сюра, но в той же лапидарной манере. С тех пор их выставки становились все скучнее и скучнее, тонкая ирония испарилась, граница между громадными полотнами и билбордами на Рублевке исчезла. Масштабный камбэк на «Винзаводе» и в галерее «Триумф» тоже не удался: возвращения В&Д рубежа веков не случилось. Может, дело в том, что дуэт всегда настаивал на выполнении некоего «государственного заказа», не оформленного документально, но возникающего из социальной атмосферы. Во время второго путинского срока оформился заказ на «стабильность» и «суверенную демократию», и В&Д перевели его на язык искусства, выдав что-то вроде фальшивого очага в каморке папы Карло: и не светит толком, и не греет. А может, поколение девяностых просто устало.
  ______________________     ______________________
     
 
     
Occupy Moscow
 
Марат Гельман
     
К местам сбора оппозиционно настроенных граждан подтягивается все больше художников и интеллектуалов. Ежедневные лекции, прогулки с писателями, акции и перформансы потихоньку формируют новый образ культурной политики эпохи третьего срока. Когда государство распределяет средства и кормит институции, все большую актуальность приобретает выставка без стен и преподавание без кафедры. Можно только надеяться на то, что эта модель культурного выживания не будет основной, но пока перспективы не самые приятные и в смысле новых кадров правительства, и в смысле победы «эффективного менеджмента» (проще говоря — бухгалтерии) в сфере образования и музеестроительства.
 
До недавнего времени Марат был гарантом того, что с чиновниками при желании и умении можно договориться. Вверенная ему «культурная революция» в Перми расширялась. Фестиваль «Культурный альянс», новое воплощение всегда существовавших у Гельмана идей создания художественной карты России, набирал обороты. Но весной этого года пошла осечка за осечкой. В Новосибирске еле-еле открыли выставку «Родина», убрав оттуда все сколько-нибудь острые экспонаты. Она, честно говоря, и так была не очень, а уж без ярких выступлений Хаима Сокола и «Синих носов» совсем скукожилась. В Краснодаре, русском Техасе, казаки-священники блокировали открытие выставки Icons, посчитав ее богохульной. Один из бородатых активистов даже плюнул в Марата. Случилось это все как по команде, и, возможно, команда действительно была. Мы говорим не о том, что губернатор Краснодара послал казаков на открытие выставки — в этом уже мало кто сомневается. Самый пессимистический сценарий: у Гельмана кончилась аппаратная поддержка на самом верху, после того как Медведев (на которого Марат ставил) поменялся с Путиным. А может, чиновники и сами решили после отставки губернатора Пермского края Олега Чиркунова, что период модернизации закончился, поигрались — и хватит. Хитрая политика лавирования между властью и своими подопечными (художниками, кураторами), которую Марат с таким успехом проводил, буксует. В лучшем случае дело в характерном для Марата игнорировании местного контекста. Тогда ему придется глубже и тоньше работать над захватом новых территорий, больше времени проводить с местными интеллектуалами, стараться делать что-то локально.
  ______________________     ______________________
     
 
     
Вадим Захаров
 
Вадим Захаров
     
В конце апреля фонд Stella Art объявил имя художника Российского павильона на Венецианской биеннале 2013 года. Им стал заслуженный младоконцептуалист Вадим Захаров, лауреат премии Кандинского и «Инновации» (до этого года он был единственным обладателем обеих статуэток, теперь эту честь разделил с Захаровым Александр Бродский). Это логичное развитие политики комиссара Российского павильона Стеллы Кесаевой: показывать проверенных и уважаемых авторов одного круга (совсем недавно Захаров с предыдущим экспонентом павильона России Андреем Монастырским и Юрием Лейдерманом работали вместе в рамках группы «Капитон»).
 
Чем логичнее выбор, тем сильнее разочарование. Казалось бы, с павильоном Андрея Монастырского на Венецианской биеннале 2011 года все было правильно. И уже упомянутая мода на семидесятые, и смена имиджа русского искусства в сторону благородной сдержанности и интровертности, и славное имя куратора — Бориса Гройса... Но когда два человека, привыкшие работать не с образами, а с текстами, пытаются освоить сложнейшее пространство щусевского особняка, на выходе получается маловразумительный пшик. Есть еще одна тонкость. Помнится, американский юмористический сайт The Onion встретил победу Барака Обамы на президентских выборах 2008 года заголовком «Чернокожий получил худшую должность в стране». Художник павильона в России всегда больше, чем художник павильона — он или она пытается говорить масштабно, чем и объясняется, например, попытка Монастырского соорудить на втором этаже мемориал жертвам ГУЛАГа. Захарову придется ответить на вопрос: как быть собой и одновременно учитывать имидж страны?
  ______________________     ______________________
     
 
     
 
Группа «Война»
     
Созданный бывшим граффитчиком Антоном Польским (Make) и Игорем Поносовым сайт о стрит-арте и уличном активизме стал первым ресурсом о быстро выходящем из субкультурного гетто явлении. Близкий partizaning’у Кирилл Кто — вообще-то один из лучших художников (или писателей-экзистенциалистов? Псевдоним намекает на «Постороннего» Камю) современности — его фразы на стенах Москвы регулярно вызывают катарсис у прохожих (автор недавно гулял с детьми и наткнулся на очень своевременную надпись: «Мы под вопросом у тех, кого приручили»). Make делал в городе иронические таблички вроде «Осторожно, пьяные пешеходы». Недавно команда Partizaning нарисовала пешеходный переход там, где люди действительно переходят улицу, исполнив тем самым роль ГИБДД. В общем, ребята режут городскую ткань, взяв на себя функции института «Стрелка», от которого как раз таки ничего похожего не добьешься.
 
Лауреаты «Инновации» оказались в положении унтер-офицерской вдовы, которая сама себя высекла. После того, как куратор Берлинской биеннале этого года Артур Жмиевский пригласил «Войну» посотрудничать, все ждали откровений, ярких жестов, в общем — перманентной революции. Ничего подобного. На выходе — невнятный текст и полное забвение российских коллег, которые действительно страдают в тюрьмах: о Pussy Riot на пресс-конференции биеннале «Война» не сказала ни слова.
  ______________________     ______________________
     
 
     
Московская биеннале
 
Киевская биеннале
     
Имя куратора 5-й Московской биеннале по-хорошему озадачивает. О Катрин де Зегер слышали в России только специалисты по кураторскому делу. У нее в активе руководство нью-йоркским Drawing Center, выставка о рисунке и линии в MoMA, несколько проектов феминистского толка и сокураторство будущей биеннале в Сиднее — в общем, де Зегер не на слуху. И это прекрасно: значит, ей есть что доказывать себе и миру. Оптимизм, конечно, осторожный, но если предыдущие биеннале мы смотрели, как предсказуемый триллер, то в случае 5-й Московской перед нами, скорее, камерный детектив.
 
Утро после открытия первой в истории биеннале современного искусства на Украине запомнится когнитивными диссонансами. Счастливчики из пресс-тура наперебой писали в Facebook восторженные статусы: «Эта биеннале лучше, чем четыре московских, вместе взятые», «Киев rules» и так далее. Трезвомыслящий (или просто трезвый?) корреспондент американского сайта Blouin Artinfo нарисовал противоположную картину. Из-за того, что государственная часть бюджета не дошла до адресатов, куратору Дэвиду Эллиоту пришлось чуть ли не самостоятельно распаковывать и вешать работы. Чтобы закончить монтаж, пришлось вызвать ассистентов из галерей, предоставивших произведения. Первый блин, конечно, всегда комом, но и фотографии законченных кусков выставки энтузиазма не вызывают. Искусство тут яркое, китайское, неглубокое — и это в Киеве, где хороших художников больше, чем во всем СНГ, вместе взятом.
В материале использованы иллюстрации:
Александра Сухарева. Найденные объекты. 2011. Источник: afisha.ru
Александр Виноградов, Владимир Дубосарский. Станция Химки Смог. 2010–2011. Холст, масло. Courtesy авторы
Фото Марата Гельмана: Иван Вислов.
Фото Вадима Захарова: Игнат Данильцев. Courtesy E.К.АртБюро
Фото группы «Война». Источник: ru.wikipedia.org
Коммментарии

Читайте также


Rambler's Top100