Что надо знать: Шарлотт Проджер

Шарлотт Проджер получила премию Тернера за медитативный фильм, посвященный поиску идентичности, который был снят на iPhone. В борьбе за первое место она обошла арт-коллектив Forensic Architecture, а также видеохудожников Наима Мохаймена и Люка Уиллиса Томпсона. В следующем году Проджер будет представлять Шотландию на Венецианской биеннале. «Артгид» рассказывает, что нужно знать о художнице и ее фильмах.

Шарлотт Проджер на церемонии вручения премии Тернера в Tate Britain. Источник: tellerreport.com

Художественные критики и журналисты объявили Шарлотт Проджер «художницей, снимающей кино на iPhone». На данный момент о ней известно не так уж много, поэтому подобного упрощения было не избежать. Проджер была номинирована на премию Тернера за персональную выставку, соединившую фильмы Bridgit (2016) и Stoneymollan Trail (2015), которая прошла в норвежском Бергене в 2017 году. Первый демонстрировался на выставке в Tate Britain, и именно он стал визитной карточкой художницы.

Биография

Проджер родилась в Борнмуте, а выросла в Абердиншире, куда перебралась вместе с отцом-инженером и матерью-секретаршей. На торжественном вручении премии Тернера художница рассказала, что росла в сельской местности и потому прекрасно понимает, насколько тесна связь между нашим пониманием ландшафта и квира. «Я идентифицирую себя как квир-человека, — сказала она. — Меня всегда потрясали плавные границы, отделяющие одну идентичность от другой, пограничные формы существования гендера и географии».

Шарлотт Проджер. Фото: Emile Holba

Также она рассказала, что в юности торговала сэндвичами, работала в лаборатории Kodak и многочисленных колл-центрах, успела побыть уборщицей и натурщицей в Эдинбургском колледже искусств. Познакомившись с будущими художниками, она тоже решила связать жизнь с современным искусством и начала искать свой путь — сначала в Голдсмитском колледже в Лондоне, а затем в Школе искусств Глазго. Сегодня 44-летняя художница по-прежнему живет и работает в Шотландии. Ее практика, как она говорит, всегда начинается с чувств. «Истории, которые я рассказываю, очень личные, но тем не менее они напрямую касаются многих людей», — объясняет она.

Видеоработы

Последние двадцать лет Проджер работает с видео, насыщая каждое свое произведение автобиографическим содержанием. Ее волнуют противоречивые отношения между телом, ландшафтом и временем, но техническая сторона вопроса играет для нее не менее важную роль. Например, ее первый одноканальный фильм Stoneymollan Trail (2015), также отмеченный премией Тернера, представляет собой набор городских этюдов, которые художница снимала с 1999-го по 2013 год. Кадры, снятые на HD-камеру, соседствуют в нем с видео с iPhone, наложенная поверх профессиональная запись голоса — с едва различимыми разговорами за кадром. Похожим образом устроен и фильм Bridgit, который был полностью снят на iPhone. По словам Проджер, она использовала смартфон в том числе для того, чтобы справиться с чувством одиночества, ведь в современном мире гаджеты фактически стали продолжением человеческого тела, можно сказать, протезом.

Шарлотт Проджер. Stoneymollan Trail. 2015. Кадр из видео. Courtesy автор и Koppe Astner

Шарлотт Проджер не нравится, когда ее называют «художником iPhone». «Это просто не про меня, — говорит она. — Для меня iPhone — лишь еще один доступный формат». В свое время она снимала на 16-миллиметровую пленку, работала с HD-камерой и выискивала кадры из старых телепередач в интернете. «Сейчас мне 44 года, и я прошла через множество различных форматов, ведь технологии менялись на моих глазах», — говорит она. Однако художница признается, что ее не увлекают цифровые технологии как таковые, и называет себя технофобом. «Я не пользуюсь WhatsApp и даже не представляю, что такое облачные сервисы, — говорит Проджер. — Моей девушке приходится настраивать мой телефон вместо меня».

Фильм Bridgit

Bridgit — вторая работа Проджер, сделанная как фильм, который нужно смотреть на большом экране. Ранее она в основном работала с многоканальным видео. Фильм выстроен вокруг дневников, которые художница вела, будучи квир-подростком. Истории, рассказанные Проджер и ее друзьями, перемежаются воспоминаниями о ее каминг-ауте и опыте взаимодействия с квир-сообществом. Все это — на фоне медитативного видеоряда, отсылающего к проблемам гендера и национальной общности, поиска идентичности и понимания природы. Таким образом, Проджер исследует собственную квир-идентичность, делая ее частью более широкого контекста. Образ «я» рождается на пересечении политики и географии, автобиографии и художественной литературы, интимного и публичного пространств.

Шарлотт Проджер. Bridgit. 2016. Кадр из видео. Courtesy автор, Koppe Astner, Глазго, Hollybush Gardens, Лондон

Свое название фильм получил от богини-воительницы Бригиты, прочтение образа которой менялось с течением времени, склоняясь то в сторону концепта мужественности, то в сторону концепта женственности. Таким образом, в работе Проджер она предстает как воплощение подвижной идентичности и в каком-то смысле покровительница квир-людей.

Трудности, связанные с восприятием тела, передаются в фильме и на уровне операторской работы — Проджер и ее герои ни разу не появляются в кадре в полный рост. Зритель видит лишь их руки, спину или затылок. Такая раздробленность на уровне изображения лучше, чем любые слова, передает оттенки внутреннего конфликта квир-людей. В программе Tate Shots художница рассказала, что iPhone тоже был нужен ей для изучения связей между телом и технологиями. Сделанная с его помощью картинка, по словам Проджер, получается смазанной и нечеткой, что опять же рифмуется с проблемой поиска идентичности. «Соединяясь с камерой, человеческое тело меняется, но в то же время это сцепление остается механическим», — объясняет она. Похожим образом художница работает с голосом, соединяя записи, которые делают для нее друзья, с речью анонимных пользователей YouTube и исторических деятелей.

Реакция

Директор музея Tate Britain Алекс Фаркуарсон назвал работу Проджер «самым глубоким результатом применения такой прозаичной вещи, как камера iPhone, из всех, что мы пока видели в сфере искусства». «Это политическая премия Тернера. Я считаю закономерным интерес к подобным работам, где вневременные проблемы трактуются в современном ключе и где инициируются новые вопросы для молодого поколения: этот фильм рассматривает само понятие гендера как нечто незафиксированное, зыбкое и не всегда соответствующее социальным нормам», — добавил он.

Шарлотт Проджер. Bridgit. 2016. Вид работы в галерее Hollybush Gardens, Лондон. Courtesy Hollybush Gardens. Фото: Andy Keate

Мнения критиков относительно работы Проджер разделились. Искусствовед Лаура Камминг в газете The Observer назвала ее лучшей из всех, что награждала премия Тернера в последние годы, — «всепоглощающей, обольстительной, политически заряженной и значительной». Арт-критик и телеведущий Вальдемар Янущак в The Sunday Times написал, что «этот душераздирающий сериал от начала до конца был просто ужасен». Возможно, дело в том, что фаворитом в гонке за первое место считался основанный в Лондонском университете арт-коллектив Forensic Architecture, который работает с сообществами, пострадавшими от социального и политического насилия. Он был номинирован на премию Тернера с проектом, созданным для Documenta 14, который разоблачал участие немецкой службы внутренней безопасности в убийстве по расовым мотивам в Касселе.

Как победительница премии Тернера Проджер получит 25 000 фунтов стерлингов. На вопрос, что она будет делать с премией, художница ответила, что собирается на нее жить: «Оплачу кое-какие счета и внесу плату за аренду жилья. Может быть, позволю себе немного роскоши... например, куплю хороший пиджак!»

Комментарии

Читайте также


Rambler's Top100