Нереализм Джеффри Дейча

Галерист и экс-директор Музея современного искусства Лос-Анджелеса размышляет о том, возможна ли фигуративная живопись сегодня, и если да, то что делает её современной.

Эмили Мэй Смит. Зал ожидания. Фрагмент. 2015. Холст, масло. Courtesy автор и Laurel, Нью-Йорк

Фигуративная живопись всегда возвращается. Точнее, на самом деле она никуда и не уходит — каждое поколение художников заново изобретает фигуративность, чтобы выразить свое ощущение современности.

Фигуративность — одна из старейших форм в искусстве, но она постоянно эволюционирует параллельно переменам в наших представлениях о человеческом самосознании. Кроме того, фигуративность откликается на технические новшества, будь то печатное дело, фотография или цифровые технологии, и древнее искусство изображения фигур обновляется с каждым новым поколением.

Фигуративность в живописи и скульптуре развивается циклично. В 2000-е годы арт-сообщество фокусировалось в основном на развитии абстрактного искусства. Ныне ветер переменился, и на свет явилось новое многообещающее поколение фигуративных живописцев. Эти художники, в основном молодые женщины, формируют новое фигуративное видение, воспринятое сквозь призму модернистского искусства, открытое настоящему и приближающее будущее. Они умеют работать в рамках фигуративного канона, не впадая в академичность.

Нынешний период в живописи напоминает начало 1980-х: в годы, когда яркий и мощный минимализм превращался в свое бледное подобие постминимализм, появление таких художников, как Жан-Мишель Баскиа, Франческо Клементе, Кит Харинг, Дэвид Салле и Джулиан Шнабель, оживило диалоги в искусстве. На выставке «Нереализм», прошедшей в Майами-Бич (выставка «Нереализм», кураторами которой выступили дилеры Джеффри Дейч и Ларри Гагосян, прошла в декабре 2015 года. В ней приняли участие более пятидесяти художников, включая такие значимые фигуры, как Дэвид Саллле, Джон Каррин, Элизабет Пейтон и Урс Фишер, наряду с художниками молодого поколения. — Артгид»), перед работами Джемиан Джулиано-Виллани, Эмили Мэй Смит, Эллы Круглянской и других молодых художников собирались толпы. Энтузиазм публики подпитывался стремительным возрастанием лайков на постах в «Инстаграме». И стало совершенно ясно: сегодняшние зрители ждали художников, которые создавали бы резонансные фигуративные образы, отражающие современную жизнь.

Название выставки «Нереализм» отсылает к проблеме запечатления современной реальности, в которой реальное и нереальное часто перетекают одно в другое или намеренно смешиваются. Традиционная «реалистическая» живопись не способна в полной мере откликнуться на противоречивость существования в XXI веке. Тогда как новые фигуративные живописцы трансформируют модернистскую мантру «форма следует за функцией» в «форма следует за фикцией».

Между нынешней фигуративной живописью и фигуративными художниками 1980-х и 1990-х имеется знаменательное различие. Нынешние художники погружены в цифровую образность, черпая образы из интернета и применяя цифровые практики в процессе работы над картиной. Движения кисти у них точнее, линии четче, цвет намного чище. Бесшовный коллаж их композиций отсылает к плавности Фотошопа. Живописная манера более выверенная, фактура более плоская. Экспрессионизм — в образе, а не в манипулировании красками.

Джонатан Гарднер. Жизнь в мастерской. 2014. Холст, масло.
Фото: Макс Славен. Courtesy автор и Mary Mary, Глазго и частное собрание

По контрасту с более узкими эстетическими рамками предшествующих периодов «Нереализм» занимает более открытую позицию. Художественный диалог глобален, жизненный опыт художников различен. Модернистский обмен между высокими и низкими формами в искусстве распространяется на такие сферы, как иллюстрации для модных журналов, незамысловатые комиксы и интерьерный дизайн в стиле зажиточного пригорода. Иерархия образов свергнута и перевернута.

Но художники не только присваивают и переосмысливают привычные образы — в работах некоторых наиболее интересных новых живописцев сквозит пристальный интерес к творчеству мастеров ХХ века. Ощутимое присутствие призраков Пикассо и Матисса в новых произведениях таких художников, как Джонатан Гарднер и Элла Круглянская, не может не завораживать. Однако художник, влияние которого наиболее заметно в искусстве нынешнего молодого поколения, — это Франсис Пикабиа. Визионер Пикабиа предвидел пиршество образности в современном визуальном восприятии, а также совмещение возвышенного с обыденным.

Фигуративная живопись и скульптура могут стать академичными и консервативными. Любопытно наблюдать, как каждое новое поколение трансформирует кажущиеся незыблемыми художественные формы в дерзкое современное видение, сметая в угол искусство прошлого и настоящего и предлагая нам заглянуть в будущее.

Впервые текст опубликован в №7 журнала GARAGE. Мы благодарим редакцию издания за возможность републикации этого материала.

 

Комментарии
Rambler's Top100